18:40 

Idalga
Садист широкого профиля.
1 часть: Приют для принцессы Симарон.

Пролог, 1 и 2 главы здесь: www.diary.ru/~nav-tales/p87530003.htm
3 глава здесь: www.diary.ru/~nav-tales/p130545146.htm
4 глава здесь: www.diary.ru/~nav-tales/p141405863.htm
5 глава здесь: www.diary.ru/~nav-tales/p142713806.htm
6 глава здесь: www.diary.ru/~nav-tales/p143301212.htm

2 часть: Дом для принцессы Симарон.

Поместье Колленгтон www.diary.ru/~nav-tales/p149438285.htm
Столица www.diary.ru/~nav-tales/p151537742.htm

Дворец


Поговорить наедине они, обыкновенно, могли только перед самым сном. Меллисандра была назначена отвечающей за сон принцессы и поэтому оставалась подле Антанетт пока та не уснет. По крайней мере так предписывалось регламентом. На деле же, разумеется, баронесса Камерейт уходила до того, как Её Высочество засыпала.
- Ты хочешь сказать, что завтра посол империи будет требовать от короля заключить вассальный договор? – Меллисандра изумленно посмотрела на подругу.
- Лайнел это подозревает. Именно об этом в последнее время все чаще думает мой отец, и они это обсуждали. Воевать с империей будет самоубийством, а терять самостоятельность… - Антанетт помолчала и пожала плечами, - Но я надеюсь, что до этого не дойдет.
- Я тоже… - баронесса вздохнула и тут же оживилась, - Кстати! Леди Мадлен сегодня в парке показала своего нового любовника. Представляешь, это какой-то рыцарь из дальних земель и он младше её на десять лет!
Принцесса неверяще посмотрела на подругу:
- Она выбрала рыцаря?
- А что тебя удивляет? Не в мужья же… Леди Мадлен, как порядочная вдова, замуж еще не скоро выйдет…
- Я в столице уже три месяца, а никак не могу привыкнуть к тому, что любовников дамы объявляют во всеуслышание, - нахмурилась Антанетт. – И не только вдовы, но и замужние… Впрочем, мужчины не лучше… Хорошо еще, что девушки честь хранят и не гуляют задрав подолы.
- Никогда бы не подумала, что ты настолько плохо к этому относишься. – Меллисандра рассмеялась, - Ты ведь никогда не станешь заводить любовников?
Антанетт фыркнула:
- Я хотя бы не буду объявлять в парке, что данный мужчина заменяет мне мужа в постели.
Разговоры перед сном были привычны для обеих девушек еще со времен монастыря. И им пришлось несколько недель напоминать себе, что говорить можно в полный голос, никто не посмеет помешать принцессе готовиться ко сну.
- А как же Лайнел? Или ты думаешь, что он не сумеет тебе заменить всех любовников вместе взятых? – после полугода, проведенных в столице, Меллисандра прекрасно знала, что же скрывается под словосочетанием «заниматься любовью», хотя сама, как и подобает порядочной девушке, желающей найти выгодную партию, оставалась невинной.
Принцесса поморщилась:
- Я его никогда не полюблю… И лягу с ним в постель только для зачатия ребенка. – о том, что она собирается привезти Мориса ко двору, Антанетт благоразумно промолчала, памятуя, что именно Меллисандра когда-то хотела получить себе сына судьи Дэрриша.
- И если он заведет себе любовницу, ты даже не станешь возражать? – неподдельно изумилась баронесса Камерейт.
- Нет, разумеется. Но моим главным условием будет сохранность видимости приличий. Мы с Лайнелом уже обсуждали это и он согласен. – спокойно ответила принцесса, забираясь на широкую постель.
- Вы с ним это обсуждали? – Меллисандра застыла.
- Да, еще полгода назад, когда говорили о будущей свадьбе.
- И он согласился на то, чтобы у тебя был любовник?
- Да, - Антанетт кивнула, укрываясь. – А разве он может мне помешать?



Лайнел оглядел бальный зал, нашел взглядом свою сестру и подошел к ней. Элизабет улыбнулась, увидев, что брат оказался рядом, и предложила выйти на балкон – там было прохладно и не было лишних ушей. Впрочем, во дворце надеяться на отсутствие сплетников не стоило.
- Я слышал, что принцесса набрала себе новых фрейлин. – Элизабет отпила шампанское из высокого бокала и чуть улыбнулась.
- Да, правда я никак не могу понять, по каким критериям она выбирает себе свиту, - кивнул граф Бартон, - А ты хотела бы быть фрейлиной принцессы?
- Не думала об этом, - честно призналась девушка,- просто Мария интересовалась…
Лайнел пожал плечами:
- Откровенно говоря, я бы все равно ничем не мог бы помочь…
- Она тебе нравится? - внезапно спросила Элизабет, хитро глядя на брата.
- Кто? – не сразу понял мужчина.
- Антанетт, разумеется. Тебе же на ней придется жениться, - девушка ехидно улыбнулась.
- Нравится. Она милая девушка.
- Милая девушка? И все, что ты можешь о ней сказать? – Элизабет фыркнула, допивая шампанское.
- А что ты можешь о ней сказать? Вы же вместе учились…
Графиня Бартон прошлась вдоль перил и посмотрела на увядающий сад. Некоторое время она молчала, а потом посмотрела на Лайнела:
- Она всегда была сама по себе. Даже когда Принцесса… То есть, Меллисандра её выделяла.
- Принцесса? Я уже слышал пару раз этот титул, когда говорили о баронессе Камерейт, но никак не могу понять, почему её так называют. – граф непонимающе посмотрел на сестру. Та вздохнула:
- Когда нам было по одиннадцать, появился слух, что в монастыре воспитывается принцесса. Меллисандра убедила всех, что это – она. Создала подобие двора и эта игра продолжалась до выпускного… Кстати, как раз Антанетт тогда отказалась считать Меллисандру принцессой – за пару месяцев до лета. Они поссорились.
Лайнел недоуменно смотрел на Элизабет. Потом спросил:
- Но разве не глупо считать принцессой первую попавшуюся девушку?
Элизабет рассмеялась:
- Сразу видно, ты никогда не мечтал… - она запнулась, - в общем, вам, мужчинам, не понять. – поспешно закончила она, прикрывая смеющееся лицо веером.
Граф Бартон пожал плечами:
- Возможно… Пойдем обратно – здесь становится прохладно.
Оказавшись в зале, девушка почти сразу упорхнула, приняв приглашение на танец, а Лайнел, отойдя к стене, задумчиво изучал пестро разодетых аристократов. Он не был откровенен в разговоре с сестрой. На самом деле он прекрасно знал, каких девушек Антанетт выбирает себе во фрейлины. Принцесса искала среди придворных тех, кто не был бы излишне амбициозен, и тех, кто не был вместе с ней в монастыре. Меллисандра из этого списка была единственным исключением, пожалуй.
Впрочем, Лайнел не вникал в дела своей невесты – у него и без того хватало забот.
Юный паж, найдя в толпе графа, чуть запинаясь, сообщил, что его сиятельство желает видеть король. Причем, немедленно. Лайнел отдал свой бокал с вином этому пажу и устремился в сторону кабинета Его Величества – монарх не присутствовал в зале, а значит, был именно там.
Граф не ошибся – он действительно нашел монарха в его кабинете. Однако, помимо Уильяма Третьего там находился и посол Империи, что раскинулась на юге материка. Посол – высокий поджарый мужчина, с посеребренными сединой висками – сидел в кресле и потягивал красное вино из бокала.
Лайнел коротко поклонился королю, поприветствовал посла и по знаку монарха, устроился во втором кресле.
- Итак, лорд Лероми, вы хотите сказать, что Император не желает никаким образом заключать пакт о ненападении? – Уильям Третий внимательно посмотрел на посла. Тот пожал плечами. Сделал глоток, а затем ответил:
- Не совсем так, Ваше Величество. У моего повелителя есть несколько условий, на которых он готов забыть о существовании рядом такого лакомого кусочка, как ваша страна.
Король нахмурился – ему не нравились формулировки, которыми пользовался лорд Лероми – но не стал заострять на это внимание:
- И какие же это условия?
Посол снова отпил вина, сделал коротенькую паузу, а затем, ответил:
- Первое – это использование ваших основных портов кораблями нашей армии. Разумеется, без оплаты стоянки. Второе – это обеспечение нашего флота пресной водой во время стоянки и провиантом.
Лайнел поджал губы, чтобы не дать вырваться словам, что очень хотелось сказать наглому послу. Уильям Третий, напротив, улыбнулся:
- И это все?
- Да.
Король некоторое время молча изучал лорда Лероми, затем спокойно спросил:
- Вы уверены, что желаете весь свой флот размещать в наших портах, позволять флоту есть и пить на нашей земле?
- Да. – посол еще раз кивнул, но теперь уже нахмурился. Он никак не мог понять, где в словах Его Величества кроется подвох.
- Ясно… - Уильям Третий выбил дробь пальцами по столешнице, - И куда вы направитесь дальше? С той стороны моря ничего нет, а Кермлингит вам не нужен.
Лорд Лероми не сразу понял, что последние слова Его Величества были иронией. Затем чуть побагровел:
- Какая вам разница? Это наше условие.
- Хорошо. Ваши корабли будут иметь право стоять в наших портах. Однако, не более, чем пять в одном и кроме столичного порта.
- Это… наглость. – возразил посол, собираясь встать.
- Между нами говоря, лорд Лероми, - внезапно вмешался Лайнел после короткого обмена взглядом со своим монархом, - Я бы на месте вашего Императора не стал рисковать, ставя все корабли в один порт… Они же будут там заправляться водой и провиантом… Наше королевство, разумеется, не желает вам зла, однако, диверсии со стороны ваших врагов…
Мужчина фыркнул, затем снова сел в кресло и уже куда спокойнее продолжил разговор:
- Пожалуй, я думаю, мой Император согласится с некоторыми изменениями в условиях…



- Вам не кажется, что сегодня шампанское особенно вкусное?
Граф Бартон едва не вздрогнул, услышав рядом голос фрейлины принцессы. Повернул голову, чтобы определить какая из них нарушила его уединение в промозглом ночном саду, и с удивлением узнал Меллисандру. Помедлив, ответил:
- Да, пожалуй. Хотя я редко пью шампанское – для меня оно слишком… легкомысленное.
- А вы не любите легкомыслие, Лайнел? – девушка рассмеялась, кутаясь в тонкую шаль из дорогой шерсти айгарского барана.
- Я никогда не думал, люблю его или нет. Просто не применяю это слово к себе, - пожал плечами мужчина. – А почему вы заговорили со мной о шампанском?
- Надо же было с чего-то начать. – пожала плечами Меллисандра и кокетливо посмотрела на графа, - Я уже довольно давно хотела пообщаться с вами наедине, но никак не получалось.
- Со мной наедине? – Лайнел внимательно посмотрел в глаза девушки, - Зачем?
- Мне показалось, что вы очень интересный собеседник. – баронесса отпила шампанского, считая, что уже достаточно сказала.
- Но что же вам мешало проверить это в гостиной, или в бальном зале?
Меллисандра чуть улыбнулась, но отвечать не стала. Пошла по узкой дорожке обратно во дворец. К её платью тянули тонкие голые ветки розовые кусты.
Граф еще некоторое время постоял на месте, вспоминая, что и как говорила юная баронесса, потом пожал плечами и направился по другой дорожке – он еще не закончил обдумывать ситуацию, что сложилась после того, как соседняя империя разместила часть флота в портах королевства. А игры Меллисандры для Лайнела были просты и понятны – девушка отчаянно искала себе выгодную партию. Присматривалась ко всем, до кого могла дотянуться и пост, обеспеченный ей Антанетт давал массу возможностей для охоты на женихов. Чем баронесса и занималась в свободное время.
Окончательно выкинув из головы Меллисандру Камерейт, граф Бартон остановился около высоких, настежь распахнутых дверей малого бального зала – что располагался на первом этаже и как раз предоставлял всем веселящимся аристократам возможность в любой момент выскользнуть в сад. Где-то там, внутри, среди кружащихся в вальсе пар была его невеста. Которая любила совсем другого мужчину.
Лайнел нахмурился, вспоминая, как смотрела Антанетт на своего ненаглядного Мориса. Возможно, он тогда сделал ошибку, отправившись с ней на встречу с сыном судьи. Но на тот момент ему это казалось прекрасным способом проверить чувства невесты к первой любви.
Проверил, убедился, что чувства у Антанетт остались и теперь снедаемый непонятной ревностью, граф Бартон думал, что жалеет о том, что когда-то оказался избранником короля. Так – не ждал бы свою принцессу из Монастыря.
Граф стремительно зашел в зал, оглядевшись. Найдя Антанетт, он оказался около неё спустя пару минут, и с улыбкой предложил разделить танец. Принцесса кинула на будущего мужа несколько удивленный взгляд и подала изящную кисть для поцелуя.
Уже в танце Лайнел поинтересовался:
- И какова придворная жизнь на вкус? Мы это раньше не обсуждали никогда…
Антанетт улыбнулась дежурной улыбкой и пожала плечами – движение совпало с танцевальным:
- Придворная жизнь не блещет разнообразием. Сплетни, слухи, интриги, попытки дожить до свадьбы и пережить её.
- Неужели мысль о свадьбе приводит вас в ужас, Ваше Высочество? – Лайнел вскинул бровь.
- Нет. – Антанетт подумала пару тактов музыки и пояснила, - Как только я рожу ребенка, я смогу быть с Морисом. Мы же так договорились?
Граф кивнул. Достойный ответ или хотя бы фраза, которая разрядит напряженный разговор на ум ему не приходила совсем никак. Спустя два поворота и традиционный поклон, Лайнел нашел в себе силы подтвердить кивок вслух:
- Да, мы так договорились.
- Вот и замечательно. – Принцесса холодно поклонилась в ответ и отошла в сторону, где её тут же увел в новый танец молодой барон Сенгерейт.
А граф Бартон быстрым шагом направился к выходу из зала – в коридоры, ведущие в покои придворных. Где-то у очередного поворота он приметил молодую горничную, что наблюдала за танцующими господами издали, приобнял смущенную девушку за талию и увлек в ближайшую свободную комнату.


Дети учились фехтовать. Кэтрин наблюдала за ними, стоя у края большой поляны и жмурясь на солнце. В последние несколько дней постоянно шли дожди и теперь женщина радовалась тому, что, наконец, тепло.
На поляне было оживленно – муж Александры, отец Микаэля объяснял светловолосым детям основы фехтования. У него в руках было настоящее оружие, прочие взяли палки и старались повторять движения бывшего капитана «Августа», изредка переспрашивая верно ли у них получается. Женщина нашла взглядом пятнадцатилетнего сына – хотя среди похожих друг на друга детей это было довольно непросто сделать – и залюбовалась. Он сейчас просто стоял, чуть склонив голову набок, внимательно слушая замечания Дэриана. А затем выбрал себе в соперники Кима и с ним начал отрабатывать какую-то связку.
Кэтрин еще неделю назад усомнилась в правильности решения обучать детей бою. Однако мужчины возразили, что уметь обороняться и нападать на острове необходимо. Да и потом – где-то на той стороне есть опасности, значит, нужно убедиться, что дети сумеют при случае себя защитить. И не всегда же они будут детьми…
Зароненное еще год назад сомнение с тех пор не только не утихало, но и возрастало с каждым месяцем. Вместе с мелочами, обрывками слов, полувзглядам… Женщине становилось все страшнее от того, что её собственный сын был слишком красив, слишком быстр, слишком силен… Это был словно не её ребенок, не её плоть и кровь, а нечто чужое, что тем не менее родила именно она.
И самым неприятным и настораживающим для Кэтрин было то, что Азраэль был не единственным таким ребенком. Они все – дети, рожденные на острове – были выносливы, уверенны в себе, самостоятельны и невероятно чужды для взгляда. Чуждыми и притягательными.
Пару недель назад женщина внезапно поймала себя на мысли, что смотрит на девятнадцатилетнего Оливера Аркитонна как на мужчину. Наваждение длилось всего несколько минут, но этих минут Кэтрин хватило, чтобы ощутить невероятное по силе страстное желание принадлежать этому красавцу и тут же проклясть себя за это. После этого она стала остро замечать, что и другие женщины тоже обращают внимание на подрастающих детей - и лишь только светловолосые девушки поразительно равнодушны к чарам ровесников и друзей.
На поляне подростки и мужчины собрались в круг. А в центре застыл Дэриан и Микаэль. Если бы Кэтрин не знала, что это отец и сын – ни за что бы не поверила. В руках высокого Микаэля блеснуло оружие – такое же как у отца. Он весело оскалился и довольно громко напомнил:
- Не поддаваться!
Прозвучал сигнал и по кругу закружились двое стройных мужчин. Кэтрин подошла ближе и ахнула, когда Микаэль начал нападать – она попросту не могла уследить за его движениями. Дэриан поначалу держался уверенно, но уже после первых ударов ушел в защиту. Но как закончилась эта «дуэль» женщина поняла не сразу. Просто в какой-то момент Микаэль оказался позади отца, держа того за плечи и приставив длинное лезвие к его шее под подбородком.
- Ну ты силен! – отец молодого мужчины высвободился из хватки сына и повернулся к нему, глядя с восхищением. – На флоте Его Величества тебе цены бы не было… У кого-нибудь есть, что сказать? Какие ошибки вы заметили?
- Микаэль едва не напоролся на ваш меч. И вообще медленно двигался. – послышался голос Кима.
- А еще не очень чисто отработал защиту в первые мгновения. – улыбнулась Нинон
- Плюс едва не позволил вам нанести удар, когда атаковал. – Оливер задумчиво изучал верхушки пальм.
Дэриан изумленно смотрел на говорящих детей:
- Вы видели его ошибки? Вы сумели их заметить?
- Да. – Азраэль пожал плечами, - А разве вы не заметили?
Отец Микаэля несколько растеряно покачал головой, затем отдал свой меч Киму:
- Микаэль, дай оружие кому-нибудь – пусть попробуют сами.
Тот подчинился, протянув свой меч Оливеру, и отошел в сторону, чтобы не мешать. Юноши встали друг напротив друга, ожидая команды начала боя. И едва Дэриан дал отмашку смазались в едва различимые тени, которые спустя десять ударов сердца Кэтрин замерли. Оливер держал свое оружие у шеи Кима, а Ким метил тому в живот острием. Оба были в нескольких местах порезаны – но явно лишь чтобы обозначить касание и оба довольно улыбались. Словно находили какое-то странное удовольствие в том, что сражались.
Женщина на несколько мгновений прикрыла глаза, изгоняя из мыслей навязчивый образ посланников Хромого – по книгам таких же хищных и быстрых, а потом отвернулась от поляны и поспешно пошла к селению.
И не видела, как Азраэль очень внимательно провожал её взглядом, а потом задумчиво смотрел на меч, который ему передал Ким.



Ночь выдалась удивительно душной, и Кэтрин, ворочаясь, все никак не могла уснуть. В полудреме она видела сына, что почему-то был взрослым и находился явно при дворе, но все во дворце, знакомом по гравюрам казалось ей чужим. Он шел по коридору и рядом с ним были другие дети, но тоже – гораздо старше выглядящие. Они выбрали небольшую комнату, закрыли за собой двери и сели на роскошные диваны. Кэтрин слышала их неспешный разговор.
- Я считаю, что она нам не помешает. – Мирабел Аркитонн, приходящаяся Оливеру тетей, при том, что они родились в один год пожала плечами, явно продолжая начатую ранее беседу. – Но в этом году, кажется, лето будет знойным.
- Пожалуй, не вижу смысла спорить. – пожал плечами Дэвид Кеммерт, - Ты уверена в этом? Все-таки помеха такого уровня может существенно испортить нам ситуацию.
- Я ею займусь, - внезапно высказался Азраэль. Кэтрин рассматривала одежду сына – необычного кроя камзол, богато расшитый серебром. Ему необычайно шел белый цвет, и вышивка только подчеркивала стальную глубину взгляда. Прямые белые волосы, перехваченные узкой черной лентой, лежали на спине и доходили почти до талии мужчины. – Вчера объявили о начале аукциона на конном заводе Арльента. Предлагаю поучаствовать – кроме того, Его Величество, собирается сегодня после обеда посетить его.
- Ты уверен, что справишься? – Нинон, замершая у окна и легко проводящая красивыми пальцами по тяжелой портьере чуть нахмурилась. И Кэтрин внезапно осознала, что у той рыжие волосы. Во сне все казалось само собой разумеющимся поначалу, но заново рассматривая восьмерых потомков аристократов, женщина удивилась: светловолосыми из них были только трое: Азраэль, Ким и Микаэль. Остальные отличались от них. В какой-то момент Кэтрин решила, что ошиблась – и это не те дети, что сейчас на острове, которых она видит ежедневно, но затем осознала – она же их узнала. Каждого из них.
- А почему нет? Я могу очень легко объяснить этой юной бунтарке, что не стоит переходить дорогу тому, кто заведомо сильнее. Мне есть чем надавить. – Азраэль улыбнулся, хищно и неприятно. И за удар сердца до того, как внезапно распахнулась высокая дверь все присутствующие в комнате, повернулись в её сторону.
На пороге замерла невысокая, довольно красивая девушка с прямыми темными волосами, одетая дорого и изыскано. В её голубых глазах читалась яркая и искренняя ненависть и более всего ненавидела она сына Кэтрин.


Антанетт резко села на постели. Сердце колотилось как бешенное, норовя выскочить из груди. В горле все пересохло настолько, что было трудно даже прокашляться. Принцессе сползла со своей постели, едва держась на ногах, и подошла к резному столику, на котором стоял графин с водой. Плеснула в высокий бокал и залпом выпила.
Девушка увидела, как рука, сжимающая стеклянный бокал дрожит, и поспешно поставила сосуд на стол, вернувшись обратно в постель и судорожно натянув на себя одеяло. Страх, ледяной лапой сжавший разум постепенно отпускал, и она смогла мыслить трезво.
В то, что жизнь Кэтрин на острове – правда, Антанетт не сомневалась уже давно. Но этот сон Кэтрин был гораздо страннее, чем все, что приходилось принцессе встречать до того. Она просто не могла поверить в то, что ребенок, которому сотню лет назад было шестнадцать может, спустя столько лет выглядеть как молодой мужчина лет тридцати. Просто не может.
Антанетт посмотрела на светлеющий прямоугольник окна и глубоко вздохнула: значит, это уже просто её фантазия разыгралась.
Уже засыпая, девушка вспомнила, что до свадьбы осталось ровно два месяца. И счастливо улыбнулась – встреча и счастливая жизнь с Морисом все ближе.
В эту ночь снов об острове больше не приходило.

@темы: фатумы

URL
Комментарии
2011-05-29 в 19:03 

Мыша Лятучая
Ни о чём не думают только ёжики, когда слопают яблоко и валяются под пихтой... (с)
Всё интереснее и интереснее..:hlop: а я уж думала, вы совсем этот текст забросили..
Я права, думая, что Антанетт видела во сне себя глазами Кэтрин?

2011-05-29 в 21:22 

Идальга
Садист широкого профиля.
Мыша Лятучая
Благодарю.) Есть уже треть от задуманного - не брошу. Просто очень отвлекали дела в Городе - некогда было...
Да.

2014-05-17 в 17:28 

alfadog
Завтра.. Я подумаю об этом завтра.
Обязательно надо дописать! Так интересно.....

2014-05-17 в 17:47 

Идальга
Садист широкого профиля.
alfadog,
Спасибо, я обязательно допишу.)

   

Результаты посещения музы.

главная