Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:22 

Сложные отношения.

Idalga
Садист широкого профиля.
По сути - забегаю вперед самого себя.
Кусочек из того, что будет дальше вот тут: www.diary.ru/~nav-tales/p87530003.htm



Сложные отношения


Уильям Третий никогда не был падок на подарки. Никогда не приветствовал никакие формы рабства и находил это свойство своего характера поводом для гордости. Когда соседние страны с восторгом отзывались о нежных девушках с Востока, что дарили им заморские правители, Уильям только морщился и мягко переводил разговор на другую тему.
Но подарок лорда Азраэля он принял. Сам не понял, что побудило его столь быстро согласиться на пребывание этих отголосков далекого прошлого в столице, что толкнуло подняться с трона и рассмотреть поближе это странное существо – фатума, – но сдерживаться не посчитал нужным. Он – король. Он имеет право на импульсивные поступки, которые не приведут ни к чему страшному.
И теперь юноша, которого признанный граф назвал Вивьелем, покорно стоял перед своим хозяином, не поднимая серого взгляда и ничем не выдавая своих чувств.
Уильям подал знак секретарю, который часто находился рядом с ним в кабинете, чтобы тот его покинул, и мудрый слуга вышел за дверь, прикрыв её за собой. А король обошел фатума вокруг, изучая тонкий, гибкий, как лоза, стан, удобную, дорогую и прочную одежду – серый и белый шелк, темно-синий бархат, вязь серебряной вышивки по рукавам – и длинные, до пояса, волосы. Тяжелые, словно атласные, и молочно-белые. Необыкновенные волосы.
- Что за договор заключил твой народ с предками лорда Азраэля?
- В обмен на защиту от невзгод мы подчиняемся людям, – голос у Вивьеля оказался высоким и неуловимо мелодичным.
- Только защиту? – вскинул бровь король и остановился напротив фатума.
- Защиту, кров, одежду, еду – все это нам предоставляют люди. А мы им предоставляем себя – любой приказ, любая прихоть. Мы умеем хорошо охотиться и убивать. Мы хорошо сражаемся, и нам так лучше.
Это не было похоже на рабство, в его общем смысле, но Уильям никак не мог отделаться от мысли, что это все-таки оно. Добровольное рабство.
Но это сейчас не имело значения.
- Есть что-нибудь о тебе, что я должен знать?
- Да, - впервые с начала разговора фатум посмотрел королю в глаза, - Я принадлежу вам, вы – мой хозяин. И есть ритуал, который должен скрепить этот договор.
- Что за ритуал?
- Он не сложный и не займет много времени, – фатум чуть улыбнулся, уголками губ, и Уильям понял, что впервые за свою жизнь смотрит на мужчину с вожделением. Это было настолько невероятно, что король потерял нить разговора и кивнул, понимая, что соглашается на что-то ранее не изведанное.
Словно понимая, что чувствует хозяин, Вивьель опустил взгляд и, достав из ножен короткий кинжал, протянул Уильяму:
- Это делается быстро – вы должны попробовать мою кровь. Тогда между нами образуется связь, и я смогу понимать ваши безмолвные приказы.
- Безмолвные приказы? – подобная формулировка сразу же вернула монарху сосредоточенность, и он внимательно посмотрел на оружие в узкой ладони фатума.
- Вы сможете говорить со мной в голове, - словно иллюстрируя свои слова, Вивьель легко коснулся пальцами правого виска короля и медленно отнял руку. – Когда сами этого захотите.
- Ты сможешь слышать мои мысли?
- Только те, которые вы пожелаете мне сказать. А вы – мои.
Король нахмурился, а затем снова кивнул:
- Что я должен сделать?
- Небольшой надрез здесь, - фатум протянул руку ладонью вверх, и Уильям придержал её своей рукой, ощущая пальцами кожу фатума. - А потом, - продолжил объяснять Вивьель, - Вы просто коснетесь губами моей крови – вы должны выпить хотя бы каплю. Тем самым вы подтвердите свои права на меня.
Монарх легко провел лезвием по середине линии жизни и, увидев как на светлой коже появилась алая полоса, наклонился к руке подарка лорда Азраэля.
Кровь фатума на вкус оказалась такой же, как и собственная кровь короля. Быстро выпрямившись, Уильям тяжело вздохнул и с ожиданием посмотрел на Вивьеля. Тот растер кровь по порезу и снова поймал взгляд короля.
- «Вот и все», - сказал фатум, не разжимая губ, - «Теперь вы можете слышать меня даже на большом расстоянии. А я – вас».
- Как? – по привычке король заговорил вслух, нахмурился. И, словно почувствовав где-то в глубине разума толчок, продолжил, - «Как это работает?»
- Я не знаю, - покачал головой Вивьель. - Нам это было подарено предками. Я могу идти, хозяин, или у вас будут поручения?
- Пока иди… Я прикажу, чтобы тебе определили покои и обеспечили всем необходимым, – Уильям кинул взгляд на раненую руку фатума и с удивлением обнаружил, что там не осталось и следа от раны, - Подожди… Покажи.
Юноша покорно протянул руку и, предупреждая вопрос, пояснил:
- Мы очень живучие.
- Ясно, - король кивнул и сел за стол, намереваясь разобраться с бумагами – подарки подарками, а титул обязывает.
- И, Ваше Величество, - уже стоя в дверях, Вивьель обернулся и очень серьезно произнес:
- Мы не умеем не исполнять приказы. Имейте это в виду, пожалуйста.


Оставшись в одиночестве, Уильям глубоко вздохнул. Встал, прошелся по кабинету, снова сел за широкий стол и закрыл глаза.
Чувствовал король себя очень странно. Пожалуй, такого чувства он не испытывал уже давно. В последний раз, помнится, еще будучи четырнадцатилетним принцем и ловя на себе взгляды прекрасных фрейлин…
Это было смущение. Королю не пристало такое испытывать. Ни от чего. Но подарок – этот мальчик Вивьель – именно смущал Уильяма. Поначалу все выглядело интригующе: и представление, устроенное фатумом, и сам факт получения личного… убийцы? Но сейчас, когда азарт, вызванный появлением светловолосого юноши, улетучился и Уильям остался наедине с собой, приходилось признать: что делать дальше со странным существом, король не представляет. Хуже всего было то, что Уильям вожделел эти губы и это тело. Возбуждение проснулось внезапно, необъяснимо и не позволяло отстраненно обдумать ситуацию.
- Вот же козни Хромого! – вслух высказался король, решительно придвигая к себе документ и вчитываясь в мудреные строчки договора с соседней империей. Сложные формулировки таили в себе массу ловушек, и от монарха потребовалось все внимание, чтобы разобраться в предложении императрицы Изиль. И это даже не смотря на то, что многочисленные юристы и доверенный советник поставили свои метки на полях документа…
Поэтому о Вивьеле король на некоторое время забыл.


Расположившись в отведенных ему покоях, отдохнув там и переодевшись в более любимую, нежели в спешке созданную парадную одежду, фатум выскользнул в коридор. Остановился, оглядевшись, а затем направился в западное крыло дворца, где остановился в пожалованных королем апартаментах лорд Азраэль.
Остановившись перед дверью, светловолосый юноша коротко постучал. Дождавшись разрешения войти, он чуть поклонился высокому мужчине и замер на пороге.
- Проходи, - разрешил лорд Сансонет Дар, делая глоток вина из высокого резного бокала. Затем он кивнул слуге и тот поспешно покинул гостиную.
Проследив взглядом за человеком, фатум выждал еще несколько мгновений, а затем стремительно подошел к графу и сел у его ног, положив голову на колено. Длинные пальца Азраэля зарылись в волосах юноши и, тот прикрыл серые глаза, наслаждаясь лаской.
- Как прошло? – тихо спросил лорд.
- Хорошо, - так же тихо ответил Вивьель. - Но я не ожидал, что будет так…
- Сложно?
- Странно. Король очень умный человек. Я думаю, что он быстро поймет, что мое появление ему только на пользу.
- И не только ему, - ладонь Азраэля скользнула по затылку фатума. - Уже к концу года мы должны получить свою землю и…
В дверь постучали. Фатум мгновенно оказался на ногах и замер на почтительном расстоянии от лорда. Граф кивнул ему на дверь, и фатум пошел открывать.
Увидев красивую невысокую девушку лет двадцати, Вивьель признал в ней ту, что сидела по левую руку от короля – принцессу – и поклонился, отойдя в сторону.
- Ваше величество, - Азраэль тоже поднялся, изобразил легкий поклон и улыбнулся дочери Уильяма. – Прошу меня простить, я не ждал вас и поэтому…
- Что вам здесь надо? Я спрашивала неделю назад и спрашиваю сейчас. Зачем ты подарил моему отцу своего… - принцесса запнулась, - Вивьеля. Почему назвал – фатумом?
- Простите? – граф демонстрировал искреннее непонимание и удивление. Он налил в бокалы вина и предложил один девушке.
- Не хочу, - она отмахнулась от рубинового напитка и посмотрела в стальные глаза Вивьеля. - А ты, тебе не стыдно?
Взгляд девушки фатум встретил спокойно. Затем равнодушно, даже не думая отвечать на вопрос, улыбнулся. Снова поклонился и вышел, прикрыв за собой дверь.
Уже в коридоре оскалился и выдохнул.
Фатумы по природе своей не были эмоциональными, но появление принцессы с довольно агрессивными вопросами Вивьеля удивило и озадачило. Не привыкший к подозрениям – хотя надеяться на то, что люди сразу будут расположены к светловолосым существам было глупо, – юноша едва сдержался, чтобы не съязвить или не нагрубить дочери Уильяма. Его остановил только взгляд графа.
Глубоко вздохнув и успокоившись, фатум пошел по коридору. Немногочисленные слуги смотрели на него с опаской и сомнением – сплетники уже по всему дворцу разнесли информацию о необыкновенном подарке лорда Азраэля, – но Вивьель перестал обращать внимание на людей.
Он еще может допустить ошибку. Все, конечно, идет так, как было задумано старейшинами клана, но, тем не менее, живя на острове, фатумы могли только предполагать, как обстоит дело в Столице и непосредственно во дворце. Теперь же столкнулись с действительностью.
Вивьель остановился около своих апартаментов.
«Ты сейчас где?» - голос хозяина не застал юношу врасплох – его контакт он почувствовал за мгновение до того, как услышал.
«У себя, Ваше величество», - мысли позволяли передать почтительные интонации.
«Хорошо».
Фатум улыбнулся и зашел в гостиную. Скинул камзол, оставшись в темно-синей сорочке тончайшего шелка. Затем лег на изящный диван, извлекая из сапога короткий узкий кинжал. Подкинул. Поймал за острое лезвие и снова отправил в полет.
С момента встречи с королем в тронном зале прошло не больше полутора часов. События закрутились вихрем, и теперь требовалось разложить все по полочкам, посоветоваться с остальными и продолжить начатое.
Вивьель закрыл глаза, продолжая подбрасывать нож и ловить его с потрясающей точностью.
Итак, с сегодняшнего дня он – собственность короля. Договора, который предусматривает взаимоотношения человека и его фатума никто не заключал – он же подарок, а значит, есть определенный риск. С другой стороны, король достаточно умный и сильный мужчина, чтобы не скатиться к банальному насилию. Особенно если использовать правильный подход, то будет шанс получить монарха в качестве идеального хозяина, который не только позволит быть рядом, но и прислушается к советам. Как себя вести с человеком, Вивьель представлял только примерно: в своей жизни он видел людей только на острове, в далеком детстве. Позднее общался исключительно со своими. Но учился он быстро, а рассказы лорда Азраэля были полными и подробными, поэтому пока что фатуму удалось не допустить ошибок…
Чуткий слух юноши уловил шаги короля за несколько мгновений до того, как монарх открыл дверь. Поэтому когда Уильям переступил порог апартаментов своего фатума, тот сидел в кресле и читал раскрытую на середине книгу. Ножа в его руках не было.
- Хозяин, - Вивьель встал и поклонился королю. Затем замер, стоя там же, у кресла, и не смея поднять глаз.
- Скажи, что мне с тобой делать?


Юноша растерялся, и Уильям это понял почти мгновенно. Понял, потому что фатум на мгновение посмотрел на него, а затем, спохватившись, снова перевел взгляд на пол.
- Это вам решать, что со мной делать.
Король в очередной раз поразился тому, насколько же голос юноши красив. Он завораживал своим звучанием, заставлял прислушиваться и слушать.
- Я знаю, - кивнул монарх, располагаясь на диване. - Но что можно с тобой делать?
- Что угодно, – с легкой улыбкой пояснил Вивьель и тут же продолжил, - Я умею убивать. Тихо и незаметно или быстро и при всех. Я умею быть полезным где угодно, я умею слушать и слышать, я умею дарить нежность и ласку…
- Достаточно, - прервал его Уильям. Он недовольно поморщился, когда понял, что голос слегка сел от снова нахлынувшего возбуждения. – Сядь, - он указал на место рядом с собой и Вивьель с неповторимым изяществом опустился на расшитую цветами ткань.
Смотрел фатум прямо перед собой. Король опустил взгляд на его узкие ладони, сложенные на коленях, затем снова перевел на лицо.
Не сдержался, позволил себе запустить пальцы в тяжелые светлые волосы, наслаждаясь их шелковистостью. Коснулся ладонью шеи Вивьеля. Тот вздрогнул и закусил нижнюю губу. Но не сдвинулся с места.
- Безумие, - пробормотал Уильям и неожиданно даже для самого себя, притянул к себе фатума за затылок и впился в податливые губы. Поцелуй оказался пьянящим настолько, что в первые минуты король не мог думать ни о чем. Он забыл, как дышать, ему было плевать на собственное королевство и на целый мир вокруг. Он остался в «здесь и сейчас», смакуя каждое мгновение ощущений, каждое движение и не понимая, как мог раньше жить без этого. Когда, в какой именно момент руки Вивьеля оказались на его плечах, король тоже не понял. Равно как и то, что сам притянул юношу к себе на колени, прижал к себе, не позволяя отстраниться.
Мир вернулся к Уильяму только тогда, когда он начал задыхаться и сам отстранился от фатума.
Вивьель сидел на его коленях верхом, глаза юноши – широко раскрытые с расширенными зрачками – смотрели прямо в душу короля. Фатум не был испуган, он был возбужден.
Уильям сглотнул, понимая, что назад дороги уже нет. Но торопиться не хотел – слишком неожиданным оказалось открытие, что он может сойти с ума по юноше так, как никогда не сходил ни по одной женщине.
- Встань, - совладав с горлом, приказал он фатуму, и тот мгновенно поднялся на ноги. Король глубоко вздохнул и встал сам. Не оборачиваясь, он вышел из гостиной. И поэтому не увидел, как нахмурился юноша и не смог прочитать на красивом лице разочарования, смешанного с обидой.


Уильям Третий не видел свой подарок три дня. Сознательно избегал, стараясь вытравить из памяти тот поцелуй и вихрь ощущений, что закрутил его. Покинув фатума, мысленно приказал тому обустраиваться и не беспокоить его, и старался забыть о Вивьеле хоть на время.
Днем получалось – прибыли послы из соседних королевств. Ночью – пока он нежил в постели любовницу – тоже. А когда утром рассветные лучи скользили по монаршей спальне, окрашивая её розовой дымкой, остро вспоминал, как нежны были губы Вивьеля и насколько податлив был юноша сидящий на его коленях.
Он будил любовницу, снова пытался забыться и забывался.
В полдень к нему в кабинет постучал секретарь и доложил, что лорд Азраэль просит аудиенции. Уильям согласился принять графа и, когда тот вошел, неожиданно осознал, что лорд неуловимо похож на Вивьеля. Не смотря на то, что у Азраэля были не настолько светлые волосы, а красота была скорее мужественной, что-то в манере держаться и двигаться…
- Я вам не помешал, Ваше величество? – спокойный, глубокий, но не грудной голос Азраэля не позволил королю додумать внезапную мысль, и Уильям поморщился.
- Нет, что вас привело?
- Вам не по нраву мой подарок? – граф не стал терять время на долгую прелюдию и положенные вопросы о погоде. Именно это в свое время и понравилось в нем Уильяму – несвойственная большинству аристократов прямота.
- По нраву, - спокойно ответил король. - Пожалуй, даже слишком. Вы сами владели фатумом, граф?
- Да, и сейчас владею, - Азраэль пожал плечами, подойдя ближе к широкому столу. Садиться без высочайшего разрешения не стал. – У вас возникли какие-то проблемы?
Уильям промолчал, обдумывая, стоит ли делиться сомнениями с тем, кого знает не более двух недель.
- Быть может, он повел себя некорректно? Вы можете его наказать, - словно не замечая задумчивости монарха, произнес граф.
- Нет, нет, – король вздохнул и решился. - Я его хочу.
- В этом нет ничего странного, - так же серьезно ответил Азраэль. - Фатумов сложно не хотеть – они созданы для любви.
- Однако я мужчина, - Уильям прикрыл глаза. – Я знаю, что многие не считают отношения между мужчинами чем-то зазорным, но меня никогда ранее не тянуло к юношам.
- Вы позволите мне сесть, Ваше величество?
Король кивнул, и лорд сел в кресло у стола.
- Фатумы спят со своими женщинами только для продолжения рода. В качестве партнера для удовольствия всегда выбирают мужчин. Так они устроены.
Уильям задумчиво выбил пальцами дробь. Потом посмотрел на графа Сансонет Дара:
- Расскажите мне о них. Как вы их нашли?
- Их встретили на острове наши предки, - охотно поделился Азраэль. - Встретили, узнали получше и заключили с их старейшинами договор. Когда команда и пленники высадились на незнакомый берег, у них было то, что фатумы не видели никогда в жизни – стальное оружие, красивая одежда, посуда, еда, которой не было на острове. Драгоценности, часы и компас. Первое время племя не показывалось, а наблюдало за нашими предками – они превосходно умеют скрываться в лесах, – и они видели, как быстро гвардейцы смогли обустроиться на чужой земле. И тогда они решили, что это прибыли Великие Повелители из их легенд.
- И они стали им поклоняться? – король с интересом глянул на лорда. Чуть подался вперед, сам того не замечая.
- Да, что-то вроде того, а затем старейшины клана предложили людям себя. Потому что, как гласила легенда, фатумы созданы, чтобы служить Повелителям, и Повелители будут их за это оберегать. А поскольку любой из фатумов сильнее человека, быстрее и живет почти в два раза дольше, то из них получились идеальные охотники. Фатумы всегда умели убивать. Делают они это превосходно и могут быть идеальными убийцами. Кроме того, они не умеют врать хозяину и не могут его ослушаться. Мы поняли это за время, проведенное на острове. Когда остров начал разрушаться, мы погрузились на корабль и просто вышли в море.
- Я видел, что вы убрали все мачты и паруса с «Августа», – обронил монарх.
- Да, мы же не знали законов навигации – за столь долгий срок не осталось никого, кто мог бы передать знания, поэтому мы решили, что весла гораздо удобнее, – пожал плечами Азраэль.
- Понятно. Благодарю вас, граф… - Уильям поднялся из-за стола, и лорд последовал его примеру, понимая, что аудиенция окончена. - Только… Вам не кажется, что это рабство? И что фатумы несчастны?
Светловолосый мужчина недоуменно посмотрел на своего монарха, и Уильям снова поймал себя на мысли, что они с Вивьелем неуловимо похожи.
- Нет. Они счастливы быть рядом с хозяином. Они так воспитаны своими родителями.
Король нахмурился. Помолчал несколько мгновений и спросил:
- Но если они живут дольше людей, то сколько Вивьелю лет?
- Он очень молод, Ваше величество. Ему всего двадцать два. И вы – его первый хозяин.


После разговора с Азраелем у короля осталось странное послевкусие. С одной стороны, он узнал больше о собственно фатуме. А с другой – все только усложнилось и запуталось. Жестом отослав всю свиту, Уильям шествовал по коридорам дворца в одиночестве. И не сразу услышал голос дочери:
- Отец, вы позволите с вами поговорить?
Монарх остановился в двух шагах от принцессы и улыбнулся:
- Разумеется, дорогая, – он предложил ей руку, и девушка пошла рядом с ним.
- Я не знаю, как начать, отец… - она помолчала, а затем тихо продолжила, - Меня очень смущает появление при дворе лорда Азраэля и его… и вашего фатума. Я не верю им. Они что-то скрывают от нас.
- Мы это уже обсуждали, - покачал головой король, - твои слова о тех снах подтвердить некому.
Принцесса промолчала, не желая снова произносить обвинения в адрес графа.
- Кроме того, Вивьель – всего лишь ребенок, – спокойно произнес Уильям, чувствуя, как при воспоминаниях о том самом «ребенке» предательски кружится голова. – И эти потомки незаконно обвиненных аристократов… Им больше некуда податься. Их предки были сосланы, земли отобраны. Мой прадед вернул им титулы, когда было доказано, что обвинение в измене ложное. А я верну им земли.
- Ты уже сказал им? – в глазах принцессы король прочитал неподдельный страх.
- Нет. Я еще не решил, какие угодья им пожаловать.
- Пожалуйста, не делай этого… Хотя бы некоторое время. Я знаю, что Азраэль умная и подлая тварь. Он убил…
- Достаточно! – Уильям резко остановился. - Я запрещаю тебе оскорблять гостей. Я запрещаю тебе рассказывать о своих фантазиях. Ты – будущая королева. Ты не имеешь права на подобные слабости.
И он сделал то, чего делать сейчас не собирался: оставив дочь в коридоре, зашел в апартаменты своего фатума.


- Хозяин? – Вивьель выглядел удивленным. Он замер у выхода из ванной и почти сразу же потупился. А Уильям растерялся.
Потому что фатум был практически не одет. Одна длинная шелковая сорочка на влажное тело и небольшое полотенце на голове. И капли воды, стекающие по обнаженным стройным ногам.
- Хозяин? – фатум подошел ближе, рискнув и подняв взгляд. Он облизнул губы, снимая языком каплю воды. Король сглотнул комок, застрявший в горле.
- Оденься, - глухо приказал он. И фатум тут же подчинился, направившись к дивану, на котором лежали бриджи. Когда Вивьель наклонился, король осознал, что сопротивляться собственному желанию больше не хочет.
Он в два шага оказался около юноши, взял его за руку и, развернув к себе лицом, снова впился в нежные, влажные губы.
В этот раз он не потерял голову от поцелуя. Он старался контролировать себя и ощущать все, что делает Вивьель. А фатум, прерывисто вздохнув, прижался к хозяину всем телом, затем положил ладони на плечи.
«Еще…» - услышал Уильям мольбу в своих мыслях, и почти мгновенно оказался на диване. Фатум трепетал под ним, когда король опустился губами к точеной шее и чуть сжал фарфоровую кожу. Рука Вивьеля быстро и безошибочно нашла бриджи короля, справилась с застежкой, и уже через мгновение Уильям перестал понимать, куда пропал весь мир. Ведь остались только прикосновения, горячее податливое тело под ним и губы Вивьеля, касающиеся его уха, шепчущие что-то неразборчивое, но очень возбуждающее.
Король никогда ранее не спал с мужчинами, и ему это представлялось занятием неприятным, мерзким. Но то, что происходило сейчас, убеждало его в том, что фатумы – действительно созданы для любви.
Он двигался в цепляющемся за его плече юноше, ласкал его, целовал лицо и терял себя, растворяясь в чужом и нереально близком теле. Вивьелю удавалось угадывать все его желания, все его мысли, он подстраивался под ритм Уильяма и задавал свой. Король видел раскрытые губы фатума, но не слышал ни звука – потому что мир был просто поглощен уютной, оглушающей тишиной.
А затем король услышал громкий стон и тут же понял, что стонет сам, потому что достиг вершины рая.
Потом на короткое мгновение вокруг стало темно.


Восстанавливая сбившееся дыхание, Вивьель лежал на плече короля. Короткий момент передышки после долгожданного секса и перед очередной битвой с упрямством хозяина.
Почувствовав движение, фатум чуть приподнялся на локтях и посмотрел в лицо Уильяма. Читать по лицам людей он уже умел, и поэтому прекрасно видел все чувства, которые обуревали сейчас короля. Уильяму было отчего-то очень стыдно. И стыдно перед собой в первую очередь. И за себя, за свою несдержанность перед фатумом.
Юноша улыбнулся – искренне, открыто – и спросил:
- Я вам понравился?
- Да, - вздохнул мужчина и покачал головой, - Но я причинил тебе боль.
- Нет, - Вивьель снова лег на плечо короля. - Вы не сделали мне больно. Нисколько.
Монарх промолчал. Ему явно было нечего сказать – он не знал, что следует говорить в этой ситуации. Его захватили эмоции, и он набросился на своего фатума, как голодный зверь… Вивьель понимал, что испытывает лежащий рядом человек. То, что секс с фатумом является для любого из людей чем-то особенным, не было для юноши секретом. Две недели, проведенные в отеле, где разместились все прибывшие в Столицу островитяне, позволили Вивьелю провести несколько ночей в объятиях случайных любовников, и каждый из них желал продолжить отношения и делал весьма заманчивые для многих людей предложения. Фатума это мало заинтересовало, но слова Азраэля о том, что сексуальные отношения с людьми – это один из способов управления ими, подтвердились на все сто процентов.
Не желая дольше смущать хозяина, Вивьель грациозно встал с дивана и устроился в кресле с ногами. Он по-прежнему был в одной шелковой сорочке.
Уильям еще некоторое время лежал с закрытыми глазами.
- Ваше величество, - голос фатума заставил монарха вернуться к реальности, и он сел, застегивая бриджи. – Могу я что-нибудь еще для вас сделать?
- Нет, Вивьель. Я думаю, пока нет, – король поднялся на ноги и окончательно пришел в себя. Его взгляд, направленный на фатума, неуловимо изменился. Задумчивый и затуманенный пережитыми ощущениями, он в мгновение ока стал расчетливым и холодным. Словно Уильяму в голову пришла неожиданная мысль. - Я позже тебя вызову к себе. И дам задание.
Уже у самых дверей мужчина обернулся:
- Ты ведь действительно умеешь убивать?
- Да, – в руках фатума появился тонкий стилет – откуда он его достал и как успел, человек не понял. Но впечатленный подобной скоростью, он кивнул:
- Вот и отлично, - Уильям помолчал, а затем ухмыльнулся. - Это твое умение мы проверим в ближайшее время.



Король позвал его перед ужином. Коротко попросил зайти в кабинет, и Вивьель с радостью подчинился.
Уильям, против ожидания фатума, не сидел за столом, а стоял около высокого шкафа с книгами и листал одну из них.
- Садись, - произнес он, услышав, как Вивьель вошел, и только потом посмотрел на юношу. Понимая, что хозяин намерен дать ему задание, фатум не стал надевать парадный камзол. Вся его одежда была темного цвета, ничем не украшена и максимально функциональна. А на широком кожаном поясе уютно устроились ножны с коротким мечом и стилетом. Услышав приказ, фатум сел в кресло и, пожалуй, впервые за все время знакомства с королем посмотрел на него прямо и спокойно, ожидая указаний.


Уильям словно увидел своего фатума заново. Вивьель изменился неуловимо, но вместе с тем очень сильно – черная одежда подчеркивала тонкий стан, волосы, забранные в низкий хвост, открыли точеные скулы и казавшиеся ранее чувственными губы сейчас были сжаты. А серый взгляд выдавал в юноше убийцу.
Фатум, несомненно, подготовился к этой встрече, и сейчас королю даже не пришло в голову, что можно подойти к этому существу и, притянув к себе, целовать, словно нежного любовника.
- Как ты можешь убивать?
- Как вы скажете, – ровно, равнодушно ответил Вивьель, продолжая прямо смотреть на своего хозяина. - Отравить, зарезать, убить голыми руками, вызвать на дуэль, сымитировать нападение в подворотне…
- Достаточно, - кивнул Уильям. – Я назову тебе имя и место. Опишу внешность. Сколько времени тебе потребуется на выполнение задания?
- Зависит от условий. Какой смерти вы желаете своему врагу?
Монарх закрыл книгу и поставил на полку. Прошелся по кабинету.
Ему не раз приходилось отдавать подобные приказы профессиональным убийцам. Он легко решал, какой смерти заслуживают те, кто ему, так или иначе, мешал. Но никогда еще Уильям не чувствовал такой чуждой отстраненности от происходящего. Впервые за четыре дня общения с фатумом (или, если быть честным – неполных два) король проникся осознанием того, что Вивьель – не человек.
- Нож. И пусть это будет быстро.
Юноша кивнул.
- Этот человек будет сегодня на ужине, и я тебе на него укажу. Мне необходимо, чтобы он, покинув дворец, не добрался до своего дома.
Вивьель улыбнулся:
- Не доберется.
Он опустил взгляд, а когда снова посмотрел на хозяина, Уильям поразился тому, как хищно стал выглядеть фатум, предвкушающий охоту на указанную жертву. И это открытие едва не заставило монарха взять свои слова обратно.
Но он сдержался. Еще и потому, что понял, как сильно возбужден. Это стало похоже на одержимость.
Напольные часы пробили восемь раз, и в кабинет заглянул секретарь:
- Ваше величество, ужин подан.
«Иди за мной», - мысленно кинул монарх и быстро пересек кабинет.


Впервые с момента появления фатума во дворце придворные увидели его рядом с королем. Прямой, тонкий, затянутый в черное, Вивьель стал объектом многочисленных взглядов – слухи, противоречивые, странные, совершенно невообразимые, обеспечили юноше известность среди аристократов и слуг. Фатум стоял в шаге от кресла Уильяма Третьего и смотрел прямо перед собой, не обращая внимания ни на что. Его чуткий слух ловил каждое произнесенное шепотом слово и Вивьель запоминал все, сказанное о нем и, что еще важнее - о короле.
Посол – высокий и почетный гость ужина – склонился к своему спутнику и прошептал ему на ухо короткую фразу. Вивьель ничем не выдал своего удивления, однако позволил себе кинуть быстрый взгляд на графа Азраэля. Тот, продолжая улыбаться соседке справа, словно рассеяно кивнул, и это стало знаком для фатума.
«Ваше величество, есть то, что вам нужно знать».
«Что?»
«Посол Родерик планирует вывезти из страны тэйрильские рубины».
Уильям на мгновение замер, а затем обернулся на фатума. Тот по-прежнему смотрел перед собой. Монарх вернулся к собеседникам.
«Откуда ты узнал?»
«У меня очень хороший слух, хозяин. И я слышал, как посол отдал приказ помощнику подготовить рубины к моменту отплытия».
«Понятно», - король в ответ на вопрос герцога Эндерейского сообщил, что подумает, и продолжил мысленное общение: «Затевать скандал мы не станем. Но я полагаю, что ты сумеешь узнать, где будут рубины и забрать их у перевозчика».
«Да, хозяин. Я могу убивать, исполняя ваш приказ?»
Король задумчиво глотнул вина и поставил высокий бокал на стол.
«Да, но только так, чтобы сам посол не пострадал и тебя никто не видел. Задание, которое я хотел тебе дать, скажу позже».
«Я все сделаю, Ваше величество».
Ужин окончился через час. Еще некоторое время, положенное на беседы мужчин в отдельном зале, на флирт молодых юношей и девушек спутник посла был подле высокого гостя. А затем незаметно ушел.
Вивьель последовал за ним так же тихо, мгновенно сумев сделать так, что никто, даже слуги, не обратил внимания на гибкую стремительную тень, скользящую по коридорам дворца.
Мужчину в бордовом – помощника посла Родерика – он обогнал и поэтому в карету, предназначенную барону, сел раньше. Когда иностранный гость забрался в экипаж, он сначала оглянулся назад и из-за этого не сразу заметил светловолосого юношу на сидении напротив.
А когда заметил, кучер уже хлестнул рысаков и они резво побежали по мощеной дорожке, ведущей к воротам в город.
- Что вы тут делаете? – несомненно, барон узнал загадочного юношу, тот самый подарок королю от лорда Азраэля.
- Я хочу задать вам несколько вопросов, - спокойно ответил Вивьель, не сводя взгляда с лица помощника посла.
Мужчина пожал плечами, располагаясь удобнее. Он даже не допускал мысли о том, что беседа может быть неприятной.
- Вопрос первый, - Вивьель чуть подался вперед и внезапно очень соблазнительно улыбнулся. - Когда вы отправляетесь обратно в свою страну?
- Сегодня ночью, как только посол вернется… - легко поделился информацией барон, подозревая, что угадал намерения светловолосого подарка.
- Хорошо, - фатум снова откинулся на спинку сидения и в его руках появился нож. - Рубины у вас?


Разрешения прийти к хозяину он спрашивать не стал. Просто проник в спальню короля через окно и осторожно сел в кресло. Уильям Третий почувствовал взгляд Вивьеля сквозь сон. Он недоуменно посмотрел на фатума и сел на постели. Любовница, прикорнувшая с левой стороны, пошевелилась, что-то пробормотала, но не проснулась.
«Я его убил. И еще нескольких человек – они передавали рубины».
Присмотревшись к юноше, король увидел влажные, маслянисто блестящие в лунном свете пятна на черной одежде.
«Ты не ранен?»
«Люди слишком медленно двигаются, чтобы суметь меня задеть», - Уильям разглядел улыбку фатума, скользнувшую по губам. Затем Вивьель встал и подошел ближе к хозяину, протягивая к нему сложенные ладони.
Рубины – шестнадцать штук – чистые и прозрачные. Король покачал головой:
«Я удивлен таким вероломством со стороны посла. Но главное, что ему не удалось задуманное. Урок он запомнит».
«Обязательно», - фатум ссыпал камни в небольшой бархатный мешочек и протянул его монарху: «Их найдут в очень неприглядном виде на отходящем корабле».
Серые глаза юноши, в лунном свете отливающие неестественным серебром, короля больше не пугали. Да и сам опасный, но, несомненно, преданный и послушный подарок – тоже.
Если бы король не знал, что посол Родерик действительно собирался тайно вывезти очень дорогие и редкие рубины, он бы без сомнения считал, что Вивьель заранее спланировал и подставил гостей страны. Однако об этом намерении Уильяму сообщила разведка и сделала это задолго до прибытия «Августа» в Столицу.
«Я доволен тобой», - король взвесил в ладони камни и позволил себе улыбнуться верному фатуму. - «Теперь иди, отдыхай. Завтра нам будет, о чем поговорить».
Как только за юношей закрылась дверь, Уильям поцелуем разбудил герцогиню Аманду и постарался забыть серый, проникающий в самую глубину души, взгляд.
На время получилось.


Ожидая Его Величество в малой гостиной, Вивьель задумчиво изучал картину, что открывалась любому наблюдателю из широкого окна. В парке прогуливалась принцесса и её любимый мужчина, который не был её мужем. Свои чувства они не афишировали, однако этого и не требовалось: мало кто во дворце не догадывался, как сын простого судьи из маленького городка сумел в мгновение ока получить должность во дворце.
Муж принцессы – Лайнел – смотрел на эту ситуацию сквозь пальцы. Потому что также не были секретом и более чем прохладные отношения между ним и дочерью короля. Условности соблюдались на всех положенных мероприятиях, для народа все выглядело пристойно и не удивительно, что принцесса и Лайнел были любимцами простого люда. Если самого короля уважали и боялись, то его дочь слыла мягкой и умной девушкой, а муж её – дальновидным и сильным политиком. Никто не сомневался, что будущее королевства в надежных руках.
- Что там интересного? – голос монарха раздался над ухом фатума, и Вивьель повернулся. Поклонился.
Шаги и дыхание хозяина он слышал, поэтому неожиданностью появление Уильяма не стало.
- У вас очень красивый сад, хозяин, - ровно ответил фатум.
Король глянул за плечо юноши и нахмурился. Заметив это, Вивьель позволил себе вопросительный взгляд.
- Лорд Азраэль и прочие, кто прибыл на корабле, не нравятся ей, – тихо произнес Уильям и сел на низкий диван. – И ты не нравишься. Я никогда еще не видел свою дочь в таком состоянии. Она говорит о каких-то снах, и о том, что знает, что творилось на вашем острове. Я хотел узнать, действительно ли она видела странные сны, но подтвердить её слова некому. Её близкая когда-то подруга сказала, что ничего про это не знает… А мать-настоятельница умерла от сердечного приступа в день прибытия в монастырь гонца.
- Вы мне не верите? – по-прежнему отстраненно спросил Вивьель. Фатум не стал садиться на диван, а устроился на пушистом ковре, в паре метров от хозяина.
- Я не знаю, кому верить. Дочь не стала бы мне врать и сочинять подобные небылицы, но и лорд Азраэль, а так же остальные потомки аристократов… Зачем лгать? Тем более, что у них есть доказательства, что они действительно те, за кого себя выдают.
- Почему вы мне это говорите? – фатум посмотрел в глаза монарху. Тот запнулся на мгновение и потер переносицу пальцами.
- Не знаю. Наверное, потому, что ты из тех, кто точно не получает выгоды от лжи Азраэля, если она имеет место быть. Твой клан – не люди. И вам некуда деваться после гибели вашего дома. Я прав?
- Да, – Вивьель не опускал взгляда.
- А значит, что даже если вы действительно убийцы и совершили что-то страшное там на острове…
- Совершили, - тихо, но отчетливо произнес фатум. – Мы убили часть команды «Августа».
Уильям замер, пораженно глядя на юношу, а тот продолжил:
- Им не нравилось то, что женщины выбрали себе мужей. И они хотели поделить женщин по-своему. Мы вмешались. Мы действительно убивали людей.
- А родителей? – уточнил король.
- Каких родителей?
- Моя дочь сказала, что Азраэль убил собственных родителей.
Фатум пожал плечами:
- Меня тогда еще не было на свете, поэтому я не знаю ничего об этом. Про мятеж мне рассказывал мой отец.
- Ясно, – Уильям помолчал, а затем глубоко вздохнул. - Защита женщин от обезумевших матросов – не преступление. Я начинаю понимать, почему у принцессы такое отношение к вам и ко всем, кто был на острове… Она видела эти сны, когда была подростком, и, несомненно, картины смерти произвели на неё гнетущее впечатление… Воспоминания детства и детские впечатления не так легко забыть и исправить.
- Вы мне верите? – впервые с начала разговора Вивьель проявил эмоции. Фатум чуть подался вперед, улыбнувшись – искренне и несмело.
- Верю, – кивнул Уильям, невольно залюбовавшись юношей. – Убийцы – не трусы. Ведь вам, фатумам, было наплевать на разборки людей, но вы вмешались. А вопрос с лордом Азраэлем будет закрыт. Моя дочь достаточно послушна, чтобы перестать мне напоминать о своих видениях.
- Благодарю за доверие, хозяин, - Вивьель очень серьезно посмотрел на него. - Я вас не подведу. И… - фатум встал на ноги, скользнул к монарху, опускаясь на диван рядом с ним. - И я должен вам кое-что рассказать о себе.
- Слушаю.
- Я не могу вам солгать – фатум не умеет врать хозяину. Я действительно не могу не исполнить ваш приказ, каким бы он ни был. Разве что я не убью себя, но если вы прикажете, позволю сделать это вам. Я слышу лучше любого человека и вижу лучше орла. Я умею и люблю убивать. Моя скорость, сила и способность сражаться превосходит человеческую, и мои раны заживают очень быстро. Мне сейчас двадцать два, я проживу еще долго, но всю мою жизнь я проведу подле вас.
- Я… - Уильям кивнул, показывая, что понимает и принимает все, сказанное Вивьелем. Однако фатум позволил себе вольность и перебил монарха:
- И последнее. Мы не телохранители. Наши женщины охраняют человеческих женщин и детей любого пола до 16 лет. Мужчинам подчиняются только мужчины, и мы только убийцы. Охотники. Но вас я буду защищать от любой опасности. Без приказа.
Вивьель встал на одно колено перед своим хозяином и склонил светловолосую голову. Король коснулся ладонью длинных волос, затем пальцами приподнял лицо фатума за подбородок и, глядя прямо в серебристо-серые глаза, произнес:
- Спасибо, Вивьель.
В этот момент без стука и предупреждения в гостиную зашла принцесса.


Уильям мерил шагами собственный кабинет и периодически посматривал на часы. Фатум должен был вернуться с задания еще утром, однако Вивьеля до сих пор не было, а стрелки застыли на полудне. Вызвать мысленно его тоже не получалось – фатум его не слышал или не мог ответить…
За последний месяц его отношения с убийцей вошли в ровную колею – король давал задания – не всегда связанные со смертью – фатум их прилежно исполнял и сопровождал своего хозяина везде, кроме спальни. После того странного, порывистого и совершенно сумасшедшего секса Уильям не прикасался к Вивьелю совсем.
Сам не понимал – то ли боялся, что тем самым обидит юношу, то ли опасался за свой рассудок, потому что грезил губами фатума постоянно. Подобные ощущения могли перерасти в зависимость, а быть зависимым от кого бы то ли было Уильям не любил. Да и не мог себе позволить.
И сейчас, беспокоясь за фатума, но не имея возможности его как-то разыскать, монарх понимал, что все его так тщательно выстраиваемые четыре недели стены грозят рухнуть и похоронить под собой остатки здравого смысла. Слишком доверился он юному фатуму и слишком привык к тому, что тот находится рядом – послушный, безотказный, верный. Соблазнительный.
И даже упрямство дочери, не желающей относиться к Вивьелю без демонстрируемых при всех презрения и ненависти, сейчас отошло на второй план. Фатумы не боги и не бессмертны.
Собираясь вызвать секретаря и все-таки приказать найти Вивьеля, Уильям подошел к столу и взялся за тонкий шелковый шнур. Но потянуть за него не успел – так часто поминаемый фатум открыл дверь кабинета и тихо вошел.
- Что случилось? – голос монарха был спокоен и сух. Но только до того момента, как Уильям разглядел на шее юноши несколько глубоких порезов. Их скрывали длинные волосы, а одежда – темно-синий бархат и серый шелк – была свежей. Значит, сначала Вивьель переоделся. – Ты ранен?
- Да, меня зацепили, - кивнул Вивьель, подходя к королю ближе. – Но ничего, это заживет через неделю.
За то время, которое король провел рядом с фатумом, он успел понять, что только серьезные и опасные раны заживают на этих убийцах дольше трех дней.
- Почему так долго?
- Там был яд, – коротко пояснил Вивьель. – Я прошу прощения за то, что задержался – я потерял сознание, когда закончил задание.
Король внезапно шагнул к юноше и, притянув к себе, впился в его губы. Запах крови фатума заполонил ноздри, но Уильям не обратил на это внимания. Он обнимал тонкое, но сильное тело, чувствовал его рядом, и одного этого уже хватило для счастья.
Отстранился Уильям через пару минут и обомлел, увидев, что серые глаза Вивьеля затуманились, и он едва стоит на ногах. Подхватив фатума на руки, король уложил его на кушетку и провел пальцами по щеке юноши. Затем быстро проверил раны на шее, и, убедившись, что они не открылись, спросил:
- Ты в порядке?
- Да, простите, что заставил вас волноваться, - хрипло пробормотал Вивьель и отвел взгляд. - Просто вы меня не касались целый месяц, а мне необходимо… быть с хозяином.
- Быть с хозяином? – король не сразу понял, о чем говорит юноша, а потом запнулся, осознав. - Тебе это нужно?
- Да. Но я не хочу доставлять вам неудобство и…
- Тебе нужно отдохнуть, - монарх встал с кушетки и отошел к столу. - Иди в свои апартаменты. Я приду к тебе вечером.
Вивьель тяжело сел, а затем, собравшись с силами, поднялся на ноги и вышел из кабинета короля.
Уильям проводил его долгим взглядом. Затем вызвал секретаря и сел работать. Мыслями он постоянно возвращался к разговору с убийцей. Теперь стали понятны взгляды Вивьеля, что тот изредка кидал на хозяина, думая, что тот не замечает. И понятно стало его поведение, его попытки оказаться ближе, чем позволял монарх.
Не смотря на то, что Уильям старательно убеждал себя в том, что он не хочет фатума, не желает брать его к себе в постель, теперь придется уступить. Один раз. Потому что Вивьель отдал хозяину себя всего без остатка. И разве Уильям не способен дать ему ту малость, что требуется?


Вивьель ожидал хозяина на постели, среди накрахмаленных простыней. Обнаженный, с закрытыми глазами.
Он услышал, как король вошел в гостиную, затем остановился в дверях спальни – рассматривая фатума – а потом подошел к постели. Когда Уильям коснулся его спины, фатум вздрогнул – он действительно ни с кем не был уже целый месяц, и, не привычный к столь долгому воздержанию, организм готов был бурно реагировать на прикосновения хозяина. Но Вивьель ему этого не позволил.
- Спишь? – мягко спросил Уильям, снимая камзол. Фатум открыл глаза и улыбнулся:
- Нет, хозяин. Жду вас.
Король продолжил раздеваться, а Вивьель, приподнявшись на локтях, следил за ним. И любовался.
Уильяму Третьему недавно исполнилось тридцать девять и он не был похож на большинство располневших и обрюзгших аристократов в таком возрасте. Король любил охоту, прекрасно фехтовал и потому его тело – поджарое и сильное – действительно привлекало Вивьеля. Наблюдая за точными движениями своего хозяина, он неосознанно прикусил губу, что заметил Уильям. И улыбнулся.
Фатум скинул с себя одеяло, и король лег на постель.
Уильям в этот раз не стал торопиться. Он провел ладонью по груди Вивьеля, затем коснулся губами шеи – с той стороны, где не было заживающих ран, – потом приподнял за талию, заставляя фатума выгнуться.
Вивьель хрипло застонал, чувствуя ласку, а затем притянул к себе лицо хозяина и впился в его губы неожиданно сильным, собственническим поцелуем. Уильям едва не задохнулся. Затем, уже не контролируя себя, подмял фатума, коленом раздвинул стройные ноги и вошел сразу двумя пальцами, растягивая. Юноша не издал ни звука, лишь сильнее насадился на пальцы хозяина, а затем вложил в руку короля небольшую бутылочку с маслом. Продолжая сминать податливые губы Вивьеля, Уильям плеснул масло на руку, затем на себя и вошел в фатума.
Тот выгнулся – хотя, казалось, сильнее уже было просто некуда – и обхватил мужчину стройными ногами. Прижался сам, и после короткой паузы начал двигаться, насаживаясь на хозяина, целуя его, наслаждаясь долгожданной лаской.
Спустя мгновение Вивьель чуть оттолкнул короля, заставляя лечь на спину, и, не теряя контакта, сел сверху. Его белые волосы волной накрыли лицо Уильяма, окутывая странным, будоражащим запахом, и король понял, что снова теряет голову от близости совершенного создания. Движения завораживали, а удовольствие, которое доставляло тело фатума, его губы и руки, ласкающие короля, не было сравнимо ни с чем, что он испытывал ранее.
Когда мир снова на мгновение перестал существовать, Уильям понял, что от защитных стен осталось совсем немного. И чтобы окончательно не потерять над собой контроль, он должен что-нибудь придумать… Но об этом можно будет заботиться завтра…
Хрипло дыша, король посмотрел на Вивьеля, затем вышел из него и провел пальцем по припухшим губам. Фатум тут же поймал палец хозяина. Облизнул, и Уильям Третий с удивлением понял, что снова, до одури, до темных пятен перед глазами хочет своего собственного убийцу…

Когда рассветные лучи скользнули по каштановым волосам хозяина, Вивьель осторожно поцеловал его. Уильям приоткрыл глаза, вспоминая долгую и жаркую ночь, а затем кинул взгляд на окно.
- Когда вы снова ко мне придете? – фатум заглянул в карие глаза хозяина. А король, отвел взгляд и спросил:
- Как часто тебе это нужно?
Вивьель промолчал, откидываясь на подушки и глядя в тяжелый балдахин над кроватью. Затем, словно преодолев себя, тихо произнес:
- Если я вам так противен, то я могу… найти кого-нибудь, чтобы вам больше не пришлось быть со мной… так.
Уильям понял, что проиграл. Сам себе проиграл, потому что при мысли, что кто-то другой коснется Вивьеля, будет его брать, ласкать, чувствовать, где-то в глубине души разгорелся пожар ревности и ярости. Никому он не позволит касаться своего фатума. Уж лучше сам… И все равно же тянет к юноше, как не тянуло ни к кому, кроме покойной жены, подарившей ему дочь и умершей три года спустя от воспаления легких.
Король чуть приподнялся, устраиваясь удобнее на подушках, затем притянул, обнимая, фатума к себе поближе и ответил:
- Тебе придется покинуть эти апартаменты, Вивьель. И занять те, что находятся рядом с моей комнатой. Тебе не надо никого искать, пока у тебя есть я.
Он наклонился к лицу фатума и легко коснулся губами его губ. А юноша, все еще не веря тому, что услышал, хмурился. Но, уже спустя мгновение повернулся к хозяину, устроился на плече и что-то тихо мурлыкнул в шею.


Фатум закрыл глаза, наслаждаясь утром и теплом лежащего рядом человека. Все получилось самым замечательным образом. Король теперь принадлежит ему, и он будет все время рядом.
Вивьель задумчиво накрутил на палец прядь собственных волос и вдруг осознал, что сам испытывает к Уильяму чувства, далекие от тех, которые планировал испытывать. Он искренне уважал короля, но вместе с уважением он получил в довесок привязанность, желание защищать, помогать и… быть рядом не потому что, так нужно Старейшинам, а потому что он сам хочет.
«Отец, кажется, я позволил появиться у себя чувствам к королю».
«Это не страшно, Вивьель. Это не помешает нам совершить задуманное», - голос Азраэля был мягок и спокоен.
«Правда, не помешает», - помолчав пару мгновений, согласился Вивьель и улыбнулся. – «Совсем не помешает».



- Да, - впервые с начала разговора фатум посмотрел королю в глаза, - Я принадлежу вам, вы – мой хозяин. И есть ритуал, который должен скрепить этот договор.


Вивьель изменился неуловимо, но вместе с тем очень сильно – черная одежда подчеркивала тонкий стан, волосы, забранные в низкий хвост, открыли точеные скулы и казавшиеся ранее чувственными губы сейчас были сжаты. А серый взгляд выдавал в юноше убийцу.


@темы: Original, фатумы

URL
Комментарии
2010-10-01 в 21:54 

Вы никогда не пробовали убить кирпич морально? Попробуйте. Вас это многому научит.(c) - Е.Лукин
О, шикарный кусочек. :bravo: И иллюстрации тоже. *вздыхает* Хочу оридж целиком...

2010-10-01 в 22:03 

Анарианна Альенга
Навья. Привидение. Безнадежно влюблена в О...
Понравилось очень. Хочется продолжения.
:red: :red: :red:

2010-10-02 в 15:04 

Idalga
Садист широкого профиля.
Tashka_
Спасибо))
Целиком - будет... Когда я себя допинаю))

Анарианна Альенга
))
Продолжение именно этого еще нескоро... А основного текста в ближайшее время)

URL
2010-10-02 в 19:45 

Ни о чём не думают только ёжики, когда слопают яблоко и валяются под пихтой... (с)
Прочитала кусочек)) Очень здорово. По случаю перечитала основной текст))) Также жду продолжения)

2010-10-02 в 20:34 

Идальга
Садист широкого профиля.
Мыша Лятучая
))
Дописываю 3 главу и как только закончу - выложу)

2010-10-13 в 11:01 

Рыцарь печального опыта
Сложные отношения - сложные ощущения от прочитаного.
Даже противоречивые. Да.
Вот с одной стороны место действия - нравящееся мне до умопомрачения время аля средневековье.
И легкочитаемый текст и интригующее повествование, подковровые дворцовые интриги...
А когда Уильям Третий заметил что фатум похож на Азраэля я сразу в нем(фатуме) распознал лордовского сына :)
В общем с этой стороной ориджинала у меня никаких конфликтов нет.
А с другой - слэш который перетягивает в минус все мне понравившееся с упорством репки из одноимённой сказки по-Кингу.

А когда Вив вернулся после особо сложного задания на котором его едва не грохнули и Уильям III его того... "лечил".....
Ну вы это..... слов нет.
Я понимаю, что на всё - воля автора.... но я такое не читаю...... Слэш в смысле.... ))
И вообще. Предупреждать надо )

2010-10-13 в 11:14 

Идальга
Садист широкого профиля.
Лоуренс Де Ган
Благодарю за отзыв.)
Насчет слэша я предупреждал, кстати.)) Кстати, любопытно - слэшный оридж здесь один и это как раз он... "Домовой" - все-таки по сути джен, чтобы там кому-то не видилось;)

Что касается данного мира, и конкретно фатумов - без "слэша" тут не обойтись.
Кто вам сказал, что Вивьеля и правда едва не грохнули? *рассмеялся* Да и Уильям пришел к нему после того, как фатум окончательно оправился... И по желанию самого Вивьеля, так что...))

2010-10-13 в 11:25 

Рыцарь печального опыта
Всегда пожалуйста )))
Предупреждали? Значит я такой внимательный. И ещё везучий. Из трех ориджиналов нарваться на слэшовый :)
Остальные два пока не прочел.

На всё воля автора )))
Это я про то что так сам Уильям решил ;)
Ну не суть важно :)
Мне слэш как таковой неприятен вообще. Извиняйте ).

2010-10-13 в 11:26 

Рыцарь печального опыта
А БЖД на фатума и правда похож. Честно ).

2010-10-13 в 11:27 

Идальга
Садист широкого профиля.
Лоуренс Де Ган
Остальные два - это начало того же самого, но там до этого кусочка далеко и что-то совсем отдельное...

Именно)))
О вкусах не спорят - слэш не всем приятен)))

2010-10-13 в 11:28 

Идальга
Садист широкого профиля.
Лоуренс Де Ган
Из него по моей просьбе и создавался фатум...)

2010-10-13 в 11:30 

Рыцарь печального опыта
О как... )
На мой взгляд удачно получился.

2010-10-13 в 11:31 

Идальга
Садист широкого профиля.
Лоуренс Де Ган
На мой тоже.

2010-10-14 в 09:44 

Рыцарь печального опыта
Кто вам сказал, что Вивьеля и правда едва не грохнули? *рассмеялся*
Так он на жалость решил давить? :susp:

2010-10-14 в 09:55 

Идальга
Садист широкого профиля.
Лоуренс Де Ган
Ему нужен был подход к королю, привязка через чувства.

2010-10-14 в 10:00 

Рыцарь печального опыта
Идальга
Ага. Ну у него вроде получилось :)

2010-10-14 в 10:30 

Идальга
Садист широкого профиля.
Лоуренс Де Ган
Именно.
Вывел короля из равновесия, и быстро сделал свое дело))

2011-08-12 в 21:28 

образ короля доработайте, а то у меня перед глазами аж тот ублюдок из *Еще одна из рода Болейн* образовался... такой же мясистый и вожделеющий...:fingal:

URL
2011-08-12 в 21:36 

Идальга
Садист широкого профиля.
Гость
Ну, это часть текста, а потому весь образ короля и не виден. Целиком он совсем другой.

   

Результаты посещения музы.

главная